Опасная бритва золинген

«С интересом читаем статьи в рубрике „История артефакта“, и вот решили рассказать о вещи, которая хранится с 1987 года в нашей семье, — написал Андрей Иванович Семёнов. — Это опасная бритва „Золинген“. Бритва трофейная. В 1987 году, когда моя мама Анна Михайловна гостила у родных в Туле, её двоюродная сестра Вера Сергеевна Попова показала ей эту вещь. Её супруг дядя Иван скончался в 1982 году, он был моряком, прошёл всю войну. Эта вещь ему была очень дорога, поскольку была памятью о школьном друге. Имя друга мама нам называла, но мы тогда не записали, а сейчас мамы уже нет и спросить не у кого. Дяде Ивану не посчастливилось побывать в Берлине, а вот его друг был там и даже, как говорила тётя Вера, расписался на Рейхстаге. В семидесятых он приезжал в Тулу и тогда подарил дяде эту бритву, которую хранил со времён войны. Тогда друг и рассказал такую историю. В Берлине он увидел разрушенное здание рейсх­канцелярии и не смог не заглянуть, многие так делали. Там в одном из кабинетов он услышал какой-то крик или вой… Под столом сидел совсем молодой немецкий офицер, почти мальчишка. Немец был как не в себе, как будто пьяный или в расстройстве чувств. Плакал, видимо, боялся, что русский его убьёт. Но дядин друг плюнул и пожалел его. Когда пришла команда забирать немца, он вдруг кинулся от них к дядиному другу со словами: „Битте, взять! Хорош!“ — и начал совать в руки длинную коробочку. Там оказалась опасная бритва. Мама рассказывала: дядин друг ещё шутил, чтобы дед Иван хорошо помыл бритву, вдруг ею брился сам Гитлер. Через несколько лет Веры Сергеевны не стало, детей у них с дядей Иваном не было. Мама отправилась в Тулу и собрала вещи, которые были дороги тёте, чтобы сохранить их в семье. Так бритва дяди Ивана оказалась у нас».

Андрей Иванович Семёнов прислал фотографии семейного раритета. На ручке опасной бритвы, судя по всему, сделанной из слоновой кости, — изображение моря с корабликом и утёса, на котором стоит мельница. На клинке у основания — декоративный узор и надпись: «Adrian and Stock Solingen», на другой стороне — марка «Adria». Это бритва из немецкого Золингена. Золинген — город окружного подчинения в административном округе Дюссельдорфа, он получил мировую известность, поскольку несколько веков здесь производят высококачественные лезвия, ножи и другие режущие инструменты. Ещё в XVIII веке один из производителей режущих инструментов Питер Хенкельс из Золингена стал наносить на свои ножи логотип Zwilling («Близнецы»). Бренд оказался очень живучим и является одним из старейших брендов мира — Zwilling J.A. Henckels (по имени Иоганна Авраама Хенкельса, основателя). J.A. Henckels в своё время был поставщиком императорского двора. В СССР уже в ХХ веке трофейные бритвы «Золинген» за изображение близнецов будут называть «два мальчика». «Два мальчика» украшали десантные ножи вермахта и кинжалы СС, а также бритвы. Однако на нашей бритве стоит обозначение «Adrian and Stock Solingen». Близнецов на ней нет. Эта фирма известна производством оловянных игрушек, ей принадлежит идея создания популярной в Германии рождественской игрушки — ангел-перезвон. Дело в том, что в Золингене было огромное количество марок и производителей, город сам по себе стал брендом, бритвы выпускал и «Adrian and Stock».

Германские бритвы очень ценились, хотя советская промышленность пыталась противопоставить им свои бренды. Советские опасные бритвы производили сразу после войны на заводе «Труд» в Горьковской области и заводе стальных изделий в Москве. «Испытание бритвы срезанием человеческого волоса производится путём зажатия конца волоса пальцами левой руки (оставляя свободным конец длиной 30–40 мм) и срезания его остриём бритвы на расстоянии около 10 мм от места зажима», — рассказывал «Товарный словарь» 1956 года. Особенное внимание уделялось художественному оформлению. «Бритвы „Гравюра“ и „Москва“ имеют на полотне рисунок, нанесённый фотохимическим путём, „Подарок“ — рисунок, отделанный золотом и чернью, и позолоченную спинку. Бритва „Недельная“ представляет собой набор из семи бритв, уложенных в один футляр. На полотне каждой бритвы фотохимическим путём нанесено название одного из дней недели», — рассказывал словарь. Правда, в отличие от германских, советские бритвы имели ручки из оргстекла, пластмассы, реже — кости. И надо признать, сталь германских бритв была всё же лучше советской. Бритвы из Золингена отличались углублённой заточкой, а также имели свойство спустя некоторое время после использования восстанавливать остроту лезвия. При бритье они издавали особый мягкий звук, за что их прозвали «поющими бритвами». Было у них ещё одно пре­имущество, которого не имелось у самых красивых и качественных советских бритв. Они были частью воспоминаний о войне.

В советском фильме «Послесловие» герой Ростислава Плятта, ветеран войны, врач-хирург, пользуется как раз бритвой «Золинген». «Прости, что я разбудил тебя, дорогой. Но ты разговаривал во сне», — говорит герой Ростислава Плятта однажды утром своему зятю. В руках у него опасная бритва. «Видишь ли, я ведь бреюсь этой бритвой больше 40 лет. Я к ней привык, а в моём возрасте трудно менять привычки, — говорит герой Плятта. — Дорогой, это „Золинген“, „Золинген“! Смотри, вот марка — два мальчика. Великолепная сталь», — убеждает старик. «Кому же в голову придёт скоблить себя вот этим кровельным железом, — раздражённо говорит молодой человек. — Нет, ты всё-таки безнадёжно отстал от жизни». — «Может быть, может быть, — отвечает старик. — Но она мне дорога, с ней связаны воспоминания. Однажды я оперировал двое суток подряд. Без перерыва… Раненых было много, мы взяли сколько смогли втиснуть. Немцы бомбили нас без перерыва. Ох, и бросало наш пароходик, слава богу, ни одна бомба не попала. Ну что же, они бомбили, а я оперировал. Так двое суток от стола и не отходил…» Старик рассказывал, как он падал с ног, а стоявший рядом матрос бил его кулаком в рёбра, чтобы вернуть в сознание, как майор держал лампу во время операций, а оперируемым давали стакан водки, их прижимали к столу два матроса: «Вот и весь наркоз». И как его в полузабытьи после двух суток работы от стола отвёл майор: «Мы тебя к ордену представим… А пока возьми вот её», — и вручил хирургу бритву «Золинген». Ордена врач тогда так и не получил, а бритва осталась с ним на всю жизнь. Эта деталь в фильме очень точная и очень важная. У той войны было много безымянных героев, не отмеченных наградами, а свидетельством их подвига стали вот такие скромные трофейные вещи. Например, немецкие бритвы, которые везли сотнями и тысячами из Германии. Сейчас на многочисленных аукционах встречаются наборы для рукоделия, ножи, ножницы из Золингена, но хорошо, что есть люди, которые, как тулунская семья Семёновых, готовы хранить эти раритеты в своём доме, не испытывая желания продать вместе с вещью память о войне.

Если в вашей семье есть интересные предметы, связанные с историей Иркутска и Иркутской области, мы готовы рассказать о них в рамках проекта «История артефакта». Это может быть любой предмет — фотокарточка, письмо с фронта, медаль, любимая бабушкина брошь. Возможно, вы знаете, что в обычном школьном музее или музее какого-то завода лежит «золотой зуб Колчака». Главное, чтобы у артефакта была история, связанная с историей Иркутска или страны. Свяжитесь с автором проекта Юлией Сергеевой по e-mail: artefact38@yandex.ru, или пишите обычные письма на адрес редакции с пометкой: «Юлии Сергеевой, история артефакта». Увидеть ранее вышедшие материалы можно на сайте vsp.ru и в сообществе в Фейсбуке «История артефакта».

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.